Экономист объяснил, почему Казахстан добывает все больше меди, но не успевает ее перерабатывать

В Казахстане за последние 35 лет добыча медной руды выросла более чем в 4 раза, однако производство готовой меди увеличилось гораздо медленнее. Почему страна не успевает перерабатывать растущие объемы сырья, объяснил экономист Жанат Нұрғалиев, передает Politico.kz.

По словам эксперта, сегодня перед Казахстаном стоит задача не только увеличивать добычу руды, но и развивать собственную металлургию, чтобы больше сырья перерабатывалось внутри страны.

«Сегодня перед медной отраслью Казахстана стоит важная задача, обеспечить не только рост добычи, но и опережающее развитие переработки, чтобы большая часть добавленной стоимости создавалась внутри страны», – написал Нұрғалиев.

Экономист обратил внимание на статистику Бюро национальной статистики. С 1990 по 2025 год в Казахстане добыли 2,12 млрд тонн медной руды и произвели 13,7 млн тонн рафинированной меди.

При этом только за последние 10 лет, с 2016 по 2025 год, в стране добыли 1,26 млрд тонн руды. Это 59% от всего объема за 36 лет. Однако за тот же период произвели лишь 4,4 млн тонн готовой меди, или 32% от общего объема.

«Новые месторождения появились. Новая металлургия – пока нет», – отметил экономист.

Он пояснил, что в 1990 году Казахстан добывал 38,5 млн тонн медной руды. До середины 2010-х годов ежегодные объемы оставались примерно на уровне 30–40 млн тонн. Ситуация изменилась в 2016 году, когда начали работать новые крупные месторождения на востоке страны и в Павлодарской области.

В результате к 2025 году добыча достигла 163,7 млн тонн, увеличившись в 4,3 раза по сравнению с 1990 годом.

Сегодня почти три четверти всей медной руды добывают в области Абай и Павлодарской области. При этом доля Карагандинской области и области Ұлытау сократилась с 62% в 2015 году до 24%. Хотя сами объемы добычи в этих регионах также выросли.

Однако производство готовой меди не смогло показать такого же роста.

В 1990 году Казахстан выпустил 365 тыс. тонн рафинированной меди, а в 2025 году – 471,8 тыс. тонн. Таким образом, за 35 лет производство увеличилось примерно в 1,3 раза.

Более того, рекорд 2020 года, когда страна произвела 477 тыс. тонн меди, до сих пор не побит.

«Получается, что за десять лет сырьевая карта страны изменилась радикально, а металлургическая – почти нет», – объяснил Нұрғалиев.

Вместе с тем экономист обратил внимание, что напрямую сравнивать объемы добытой руды и готовой меди нельзя. Руда сначала проходит обогащение, из нее получают концентрат, а содержание металла на разных месторождениях отличается.

«Но долгосрочная динамика показывает главное: сырьевая часть отрасли расширилась значительно быстрее, чем внутренний передел», – написал эксперт.

По его мнению, именно поэтому Казахстану сейчас необходимы новые перерабатывающие предприятия.

В качестве примера Нұрғалиев привел недавний визит премьер-министра в Балхаш. Главе правительства показали геологоразведочные работы на месторождении Каратас, действующий Балхашский медеплавильный завод и проект нового предприятия мощностью 300 тыс. тонн катодной меди в год.

По информации пресс-службы правительства, Балхашский завод работает с 1938 года и обеспечивает около 51% производства катодной меди в Казахстане. В 2026 году «Казахмыс» направляет на его модернизацию 21,8 млрд тенге.

Кроме того, к 2030 году в Балхаше планируют построить новый медеплавильный завод стоимостью 750 млрд тенге. Еще одно предприятие сопоставимой мощности рядом с Актогаем намерена построить компания KAZ Minerals.

«Действующие заводы уже пять лет не могут превзойти рекорд 2020 года, а новых крупных мощностей за это время не появилось. Поэтому значительную часть дополнительного сырья переработать внутри страны пока просто негде», – объяснил экономист.

При этом, по его словам, одного строительства заводов недостаточно. Новым предприятиям необходимы стабильные поставки сырья, действующим заводам – условия для модернизации, а добывающим компаниям – понятные и конкурентные условия продажи концентрата.

На этом фоне в Казахстане обсуждают новую методику определения тарифа на переработку медного концентрата и возможное введение экспортной пошлины.

Экономист считает, что эти меры связаны с необходимостью наладить взаимодействие между добывающими и перерабатывающими предприятиями.

«Добыча свой рывок уже сделала. Теперь очередь за переработкой. От того, удастся ли Казахстану выстроить экономику внутреннего передела, зависит, где будет создаваться следующая стоимость казахстанской меди – внутри страны или за ее пределами», – заключил Жанат Нұрғалиев.